О нераскрытых преступлениях, воровстве и фейках. Интервью с главным редактором «Вечернего Челябинска»

Дарья Невзорова — выпускница журфака ЧелГУ. За ее плечами годы работы в региональных и федеральных СМИ. В прошлом спецкор 74.RU и «Комсомольской правды», а ныне главный редактор сайта «Вечерний Челябинск» рассказала нам о сложностях работы с крупными жанрами и секретах журналистких расследований.

Дарья Невзорова
Источник фото: личный архив Дарьи Невзоровой

Насколько часто тебе приходится использовать аналитические жанры в своей работе? 

— Мы можем классифицировать по учебникам эти аналитические жанры. Но аналитика не только в жанрах, но и в работе проявляется. И хорошую новостную заметку невозможно написать без аналитики. Поэтому без анализа информации, которую получает журналист, в принципе работать будет сложно. А если переходить к большим жанрам, например, к расследованиям, это уже расширенные материалы, требующие проработки той или иной проблематики. С этим я, как и любой журналист, довольно часто сталкиваюсь.

С какими конкретно жанрами тебе нравится работать больше и почему?

— Мне нравится работать с аналитикой, расследованиями, с проработкой каких-то проблемных тем, это всегда интереснее. Потому что я воспринимаю эту большую работу как вызов самой себе. Смогу ли я докопаться до сути? Смогу ли я найти вот это важнейшее зерно в большой куче информации и вытащить его наружу? Но ведь мало только найти — нужно проработать источники и, скажем так, доказательную базу под него подвести. Аналитические тексты заставляют мыслить, думать шире, чем просто новостной инфоповод. И здорово, когда ты видишь реакцию на свой материал и результат от проделанной работы. Когда ты выпустила материал — и по нему затем начинается какая-нибудь проверка прокуратуры, она приводит к возбуждению уголовного дела… Или просто ситуация меняется. То есть наша работа должна быть на это направлена — мы помогаем людям решать их проблемы, делать их жизнь немножечко лучше. 

Насколько сложны на практике аналитические жанры? 

Трагедия в Магнитогорске 31.12.2018.
Источник: mchs.gov.ru

— Приведу пример: у журналиста с наработанным навыком новость пишется максимум за час, а то и за 20 минут. А вот с аналитическими жанрами иначе. Тут может не только пара дней уйти, но и несколько недель, и даже месяц — всё зависит от сложности самой темы. Расследование может много времени занимать. Я даже больше скажу — интервью, которое многие студенты считают легкой работой, на самом деле требует очень больших трудозатрат. Не потому что ты потом сидишь и двухчасовую запись расшифровываешь пять дней, а потому что интервью требует очень тщательной подготовки. Или, например, ретроспективы. Это когда мы выпускаем большой материал про историю какого-то события, происшествия. Мы делали серию материалов про нераскрытые дела примерно пятнадцатилетней давности. И чтобы найти очевидцев, которые расскажут про то, что было, найти следователей, которые ответят на один единственный вопрос: «А почему это дело не раскрыто?», уходит очень много времени. В свое время мы проводили расследование взрыва в Магнитогорске. Поехала моя коллега «работать на земле». Это когда приезжают непосредственно на место и там ножками обходят и ищут очевидцев. И в поисках информации, показаний свидетелей она буквально обошла все окрестные дома. И ей удалось найти и узнать то, что дистанционно из Челябинска выяснить было бы невозможно. 

При подготовке к интервью я узнала, что ты работала раньше в жанре журналистского расследования. Сейчас работаешь?

— У меня сейчас в связи с новой должностью времени на это нет (смеется)

А когда работала, можешь ли выделить самое запоминающееся?

— Они все по-своему интересные… Если помнишь, 1 сентября 2011 года состав с бромом столкнулся на станции Челябинск-Главный, и там все в оранжевом облаке было. Мы делали ретроспективу этой истории, она очень красочная получилась. 

Отрывок из видео про аварию 1 сентября 2011 года. Источник: 74.ru

Еще интересный случай был. Мы делали такое небольшое расследование с элементами репортажа: «Откуда на Челябинск дует зловонный ветер?». В определенные погодные условия город накрывает запахом. И это не весна виновата. Тогда все грешили на птицефабрику.  А нам написал человек в обратную связь. Ехал, говорит, и преследовал его стойкий запах канализации. Начали искать: смотрим по картам геолокации, находим возле поселка в районе Красного поля такое сооружение с большими цилиндрическими резервуарами. Смотрим по кадастрам (тогда еще были открыты данные), какие зарегистрированы там объекты, а это очистные сооружения, принимающие канализационные стоки. Выяснили, что к ним не раз были претензии от Росприроднадзора и проблемы с запуском.

«Невозможно выполнять свою работу на 100%, если ты не горишь этим делом», — Дарья Невзорова.

Другое расследование вообще из воздуха родилось. У меня ребенку в детском садике выдали бумажку — согласие родителям на то, чтобы кислородные коктейли детям давали. А я же говорю, что журналист это человек пытливый. Начала проверять, в итоге выяснилось, что директор детского садика допускает на территорию какое-то непонятное устройство, чтобы кормить детей непонятно чем дважды в год. В группе 30 человек, групп 7 в садике, с каждого примерно по 300 рублей, это около 50 или 60 тысяч рублей в среднем выходит за 2 недели сеанса. А садиков у нас в городе более 200. И такие бумажки получают родители во многих садиках: никаких документов, договоров, кроме вот этой бумажки согласия ты не даешь, деньги отдаешь в руки наличкой воспитателю, никаких документов отчетных не получаешь.

Я позвонила под видом директора учреждения в эту же компанию и спросила: «Я хочу детей кормить кислородным коктейлем. Что мне для этого надо?». Мне отвечают: «Мы вам привозим аппарат и платим 20% от выручки. А там уже сами делите». И получается, что с одного курса кислородных коктейлей детский садик в лице директора и, может быть, его помощника, который раздает детям коктейль, имеет 10-15 тысяч рублей.

У компании, которая поставляет коктейли, в отчетности выручки вообще практически никакой, а деньги миллионами крутятся в этом бизнесе. Дальше начинаем смотреть, что за компания, есть ли там медлицензия. Проверяем, кому принадлежит компания — оказывается, какому-то бывшему футболисту, он еще и местный меценат, который дипломы и грамоты получает от администраций районов. А он коктейли эти поставляет не только в Челябинск, а еще и в Копейск, в Еманжелинск, в Еткуль и т.д. Вот так цепочка растет.

И ты понимаешь в конце концов, кому это выгодно, кто делает деньги на воздухе. Вот вам, пожалуйста, на кислороде это расследование реально родилось — просто из воздуха. 

Иногда лучше не спешить. Если источник недостоверный, лучше не торопиться с публикацией материала и всё перепроверить.

Дарья Невзорова. Источник: личный архив героини

О чем ты и твои одногруппники писали в студенческие годы?

— Все, кто приходит на практику, в основном хотят писать про культуру почему-то. Потому что считают, что это концерты, выставки, и это легко. А на самом деле нашу культуру надо еще растрясти и разговорить, потому что с мэтрами непросто общаться. Все в редакциях начинают с новостей. Поэтому и мы писали новости. Когда практика у меня была, меня отправляли на аппаратки в мэрию, а там всё: и дороги, и здравоохранение, и больницы, и школы, и органы соцзащиты, и прочее. Про культуру тоже писали, но это уже по своей инициативе.

В студенчестве чтобы написать информационную вещь, иногда не надо было вообще заморачиваться. Ты пришел на мероприятие, отписал, что там произошло — не надо мыслить дальше или утруждать себя поиском каких-то источников, комментаторов, ломать голову.

Можешь дать советы в реализации жанра, с чего нужно начать, на что всегда нужно обращать внимание в любом журналистском расследовании? 

— Первым делом ты кладешь бумажечку и пишешь себе план, любой материал надо начинать с плана, ты пишешь: что ты хочешь рассказать, для чего, для кого это нужно. Это поможет тебе определить аудиторию, что для этого потребуется, какие данные, где ты их возьмешь, какие встречи потребуются.

 — Сейчас в нашем современном цифровом пространстве очень-очень много информации, и еще больше фейков. Что ты можешь посоветовать молодым журналистам, какие методы факт-чекинга? 

— У каждого источника есть свой вес, чем тяжелее вес источника, тем он достовернее. Если сравнивать сайт Минздрава и «подслушку» в ВК, то у первого вес конечно будет больше, т.к. источник официальный.

В зарубежной журналистике есть правило трех источников. Когда тебе эту информацию должны подтвердить три источника. У тебя, например, есть собственный, подтверждаешь информацию в официальном источнике и ещё в каком-нибудь. Если все три говорят одно и то же, то значит так оно и есть. 

Как было с метеоритом недавно. Залили в соцсети видео поздно вечером падающего метеорита над центром города, и ряд СМИ в погоне за первенство написали со ссылкой на этот паблик, что в Челябинске упал метеорит. А там такой монтаж явный…

Фейковое видео про падение метеорита. Источник: youtube.com. Пользователь @RobOzo

Потом уже спросили у МЧС: «У вас есть данные по этой ситуации?». Они отвечают: «Никаких данных не поступало». Затем и правительство подтвердило, что это фейк. И начались у этих СМИ опровержения и исправления вышедших публикаций. 

Отрывок из беседы с Дарьей. Одно из обязательных правил публикации материала.

Автор материала: Кристина Смотрова

About the Author

Вам также могут понравиться эти

X